И вот наступил день, когда Никита появился на свет. Роды у мамы были тяжелые, но малыш родился здоровеньким. Никита рос и развивался как все нормальные дети. Научился ходить, говорить, самостоятельно кушать ложечкой. 16 июня 2009 года мы справили Никитке день рождение, ему исполнилось 2 годика. Все были счастливы и не могли не нарадоваться на него. А 15 июля малыш заболел. Поднялась температура до 38 градусов, мы сразу вызвали врача. Он осмотрел ребёнка и определил стоматит. Началось интенсивное лечение, но за день Никитке стало намного хуже. Следующий день изменений не принёс – температура-врач-стоматит. На третий день ребенок уже не смог встать с кровати. К вечеру у него стала трястись ножка и мы срочно вызвали скорую и отвезли его в больницу. Только тогда стало понятно, что здесь всё очень серьёзно, и это далеко не стоматит. После осмотра дежурного врача Никиту срочно поместили в реанимацию, мальчик стал загружаться. Три дня Никита находился в нащей ЦРБ, но ситуация не выправлялась, ему становилось все хуже и хуже. Врачи открыто сказали: ищите реамобиль и везите в Москву. Начали обзванивать все больницы, но нам везде отказывали, просили КВОТУ. Квоту могли дать только через 2-3 недели, но за это время наш ребенок мог умереть. И вот долгожданное- ДА-БЕРЕМ. Нам помогли люди, далёкие от медицины. С их помощью получилось быстро выбить квоту и заказать реанимобиль. Как мы радовались, что приедут специалисты и тогда всё будет хорошо. Приехала машина, Никитке одели маску с кислородом и повезли. Мама ехала рядом с ним в реанимобиле , а папа и бабушка следом. Очень большие надежды были на врачей, но Никита по дороге затяжелел. Они проехали совсем немного, 40-50 км, а до Москвы 180-200 км. Врачи приняли решение, срочно доставить его в ближайшую больницу, которая была в Волоколамске. Там нас приняли сразу, мальчика подключили к аппарату искуственного дыхания и ругали наших врачей, что не сделали это в нашей ЦРБ. А не сделали это потому, что нет у нас детского аппарата исскуственного дыхания.
Утром заново заказываем машину, повторно платим немалые деньги и везем Никиту в Москву. Там мальчика сразу положили в реанимацию. Родные уже не могли его видеть. По телефону никакую информацию не давали. Каждый день ездили в Москву 180-200 км, ведь неведение просто угнетало. После всех обследований ребёнку ставят страшный диагноз – герпесный менингоэнцефалит с поражением головного мозга. Лечение в реанимации и наши ежедневные поездки продолжились. Так пролетели три недели. Мы же всё время задавались вопросом, откуда он, этот непонятный менингит? Ребенок домашний, предпосылок к заболеванию никаких небыло. Всё поменялось за каких-то три дня. Вскоре нас перевозли во 2 инфекционную больницу. Лечение продолжилось. Никитку положили с мамой. Наконец-то они оказались вместе. Пока он лежал в реанимации, мы с сестрой ездили в монастырь к Святой Матрёне. Это конечно не возможно передать. Когда оказались у иконы, первой пошла Катя, за ней я. Стоило мне поднять глаза и взглянуть на икону как у меня из горла вырвался крик. Казалось, что все вокруг слышали, как я кричала и просила помочь моему крестнику, маленькому Никитке. Еле смогла себя заставить отойти от иконы, будто кто-то невидимый держал и не давал сдвинуться с места. Катя, находилась рядом, но не слышала даже звука, не то чтобы крик. К Матроне мы ездили три раза. Что только не говорили врачи про Никиту. Сперва, что он остался глухой, затем, что из-за поражения головного мозга у него подкорковая слепота , а значит он уже не видит. Мы же конечно не хотели в это верить. Потом Катя сама заболела, с ребёнком в больнице уже лежала я. Увидев его, не могла поверить,что это мой Никитка. Никитка, который, когда приходил ко мне на работу в банк кричал: “ЛЕНА Я ТЕБЯ БЛЮ-БЛЮ,ПОЙДЕМ ГУЛЯТЬ.” Я всё стояла на коленях, плакала да спрашивала за что маленьким детям такие боли. После трёх недель болезни наш малыш стал недвижим. Он перестал реагировать на всё. Кормили его с зонда и мы все боялись, что Никита забудет, как нужно глотать. Катя стала потихоньку подкармливать его со шприца и врачи глядя на это, разрешили ей так его кормить. И вот нам находят новую клинику, НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКИЙ ЦЕНТР СОЛНЦЕВО. Мы снова верим, что вот уж там наш мальчик обязательно поправится и мы заберем домой уже прежнего Никиту. Но к сожалению и там все пошло не так как надо. Никитке прибавили психотропные лекарства и малыш стал неузнаваем вообще. Врачи подержали нас, подержали да и выписали, сказав, что лечение можно проводить и дома, а на следующий курс лечения уже через полгода по записи. Мы встали на очередь. Стало известно, что пока Никита лежал и боролся со своей болезнью, то подхватил еще двухстороннее воспаление легких. И вот мы дома. Но руки опускать нельзя и мы ищем других врачей. По рекомендации мы записались на прием к мануальному терапевту, неврологу. И опять Москва. Никита не спит не днями, не ночами. Постоянно кричит, не может сам ни какать и не писать. В добавок в больнице занесли через катетер инфекцию. У него сильный мышечный тонус во всем теле. Ребенка выкручивает и ничего нельзя с этим сделать. А сейчас Никита летит в Новосибирск в специализированную клинику по энцефалитным больным.
И еще самое главное. То что произошло с Никитой, это последствия прививки от ПОЛЕОМЕЛИТа. Милые люди, я вас не агитирую, но подумайте пожалуйста тысячу раз перед тем как делать прививку, чем всё это может закончится.
